НПО и власть. Проблемы образования решать сообща 

В начале ноября в Назрани прошел круглый стол по проблемам образования, в работе которого приняли участие представители министерств образования Чеченской Республики и Ингушетии и неправительственных организаций. Предлагаем Вашему вниманию выступления участников круглого стола в сокращенном виде.   

Вступительное слово – Наталия Крыгина, менеджер Фонда социального развития и охраны здоровья «Фокус-Медиа»:

-Уважаемые коллеги, от имени Фонда социального развития и охраны здоровья «ФОКУС-МЕДИА» благодарю вас за участие в круглом столе, посвященном взаимодействию общественных организаций, работающих в сфере образования, и органов государственной власти. Прежде чем передать слово нашим участникам, я расскажу о целях нашего сегодняшнего заседания и проекте, в рамках которого проводится наш круглый стол.

Фонд «ФОКУС-МЕДИА» - это российская некоммерческая организация, основанная в 1996 году. Недавно мы отмечали свой 10-летний юбилей. Наши программы реализуются в двух основных направлениях, одно из которых это профилактика ВИЧ-инфекции среди молодежи и создание климата солидарности с людьми, живущими с ВИЧ. Фонд «ФОКУС-МЕДИА» входит в консорциум 5 некоммерческих организаций, которые с 2004 года реализуют на территории России проект ГЛОБУС (Глобальное объединение усилий против СПИДа). Еще одно направление деятельности Фонда «ФОКУС-МЕДИА» - развитие гражданского общества в России.  

В рамках этого направления с января 2006 года в Чеченской Республике и Республике Ингушетия реализуется проект «Развитие гражданского общества в Чечне и Ингушетии». Этот проект поддержан Европейской Комиссией, партнерами Фонда «ФОКУС-МЕДИА» выступают наши коллеги из организаций «Каритас» (Франция). Проект направлен на укрепление и развитие инициатив общественных организаций и граждан республик, увеличение эффективности работы местных общественных организаций. В каком-то смысле наш проект образовательный – так как одну из первоочередных своих задач мы видим в подготовке кадров и увеличении профессионализма общественного сектора. В рамках проекта проводится комплексная обучающая программа для общественных и государственных организаций, состоящая из серии последовательных тренингов по стратегическому планированию, проектированию, привлечению ресурсов, связям с общественностью, бухучету, волонтерству и миротворчеству. Для участия в программе на конкурсной основе было отобрано 40 участников (25 из Чеченской Республики и 15 из Ингушетии), после трех проведенных тренингов в программе остались 22 наиболее активные организации. Эти организации работают в таких сферах как здравоохранение, защита прав, миграция, защита и поддержка детей и детства и многих других. Часть этих организаций тем или иным образом вносит свой вклад в решение проблем местного сообщества в сфере образования. 

Помимо образовательной программы Фонд «ФОКУС-МЕДИА» помогает участникам разработать эффективные, отвечающие потребностям региона и его жителей проекты, привлечь средства, необходимые для выполнения этих проектов, и реализовать их на территории республик к концу 2007 года. Опыт Фонда «ФОКУС-МЕДИА» показывает, что проекты некоммерческих организаций, разработанные в сотрудничестве или при поддержке органов власти, имеют устойчивый широкий эффект, поэтому одним из важных этапов программы является налаживание и расширение диалога между органами государственной власти республик и общественными организациями. Для налаживания этого диалога мы пригласили представителей министерств образования Чеченской Республики и Республики Ингушетия, гуманитарные организации, работающие в регионе, местные некоммерческие организации, средства массовой информации, чтобы встретиться и обсудить ряд вопросов. 

Абдулла Дадаев, заместитель министра образования и науки Чеченской республики:

-В ходе военных действий  люди были оторваны от образования, от жизни, от уюта. У нас полностью было снесено 73 школы; 226 школ, а это более пятидесяти процентов,  было разрушено. Уже проведена оценка каждой школы, все сфотографировано. В этой оценке большую роль сыграли гуманитарные, общественные  организации. За 13-14 лет вот этой суеты дети были оторваны от учебы, были лишены возможности заканчивать школы, вузы. В течение последних  4-5-ти лет сделано многое. Министерством образования ЧР были открыты вечерние и заочные школы для тех детей, которым 15-16 и даже 17 лет. И хотел бы в этом отметить большую роль гуманитарных и общественных организаций, в частности, «Юнисеф» и «Каритас». Они открыли курсы  при наших училищах: трехмесячные и шестимесячные, где дети могли бы получить какую-то специальность, образование. В этом отношении мы нашли взаимопонимание, и наше сотрудничество продолжается. Я считаю, что организации, которые с нами работали, ни в чем, например, в информации, отказа от нас не получали. Мы старались быть им партнерами.

  На сегодняшний день в Чечне работают 462 школы. Из них 74 школы работает в трехсменку. Что это за образование, мы понимаем. Но в этом году в Грозном наш известный бизнесмен Гуцериев открыл школу, и Лужков открыл две школы в Октябрьском и Ленинском районах. Хотя даже и сейчас в Грозном со школами есть большие проблемы, хотя за четыре года «Юнисеф» хорошо нам помогала - старались отремонтировать какое-то отдельное крыло школы  или те классы, которые они курировали. В этом году мы горды, потому что полностью решен вопрос образования в Гудермесском районе, городе Аргуне и часть – в городе Грозном. Наш Рамзан Кадыров дал слово, что в 2007-м году ни один ученик не войдет не в отремонтированную школу. Мы в это верим и видим, какими темпами у нас сейчас идут строительные работы в образовательном секторе. Ну, и когда мы говорим про помещение и учебу, всегда забываем о детях, которые получили стрессы, инвалидность. Общественные организации взяли на себя львиную долю в открытии психореабилитационных центров, комнат для детей по линии «Юнисеф» и других организаций.  

На сегодняшний день наша насущная  проблема –  детские сады и дошкольное образование. На этот вопрос первым откликнулась организация «Юнисеф», и  мы открыли центры дошкольного образования. Но их мало – 45 по линии «Юнисеф» и 29 по линии «Каритас», сейчас еще Датский совет собирается присоединиться.  Но в итоге получилась палка о двух концах, представьте себе, что в один класс идут подготовленные дети, а в другой идут неподготовленные. И представьте себе учителя, который занимается с ними. Поэтому в этом году мы сделали так,  чтобы каждый ребенок, который окончил этот дополнительный курс, пошел в один класс с такими же детьми. Поэтому если есть проблемы у общественных организаций, мы всегда поможем. Если у них есть какие-то вопросы к нам, мы конечно на них ответим. Вот коротко. Проблем конечно много, но их надо решать с нашим Правительством, Министерством образования и Правительством Российской Федерации. 

 

Людмила Зязикова, начальник отдела общего  среднего образования Министерства образования Республики Ингушетия:

 

- Если говорить об образовании в Ингушетии, то надо отметить, что в этой  сфере активизировалась работа общественных организаций. Вот, допустим, даже если возьмем реализацию национального проекта образования, то у нас в ходе реализации этого проекта принимают активное участие такие организации как Совет общественности при Президенте, профсоюзные организации, родительская общественность, ученическая общественность, у нас есть так же ученические общественные организации. Все они являются членами общественного совета. Если говорить по содержанию нашей сегодняшней встречи, то я думаю, что наши учебные заведения могут наравне со всеми учебными заведениями России активно участвовать в вопросах воспитания и обучения наших ребят. О том, что наши дети конкурентно способны по сравнению со своими сверстниками из других регионов, говорит количество целевых мест, выделенных в прошлом и этом году Министерством образования и науки России. В прошлом году было 400 целевых мест, в этом году свыше 600-т целевых мест. Ни одно из этих целевых мест не осталось не заполненным, и надо сказать, что мы получаем с этих вузов, где учатся наши ребята, очень хорошие отзывы об их обучении и  особенно воспитанности. 

Если говорить  о ВИЧ-инфекции, наркомании в учебных заведениях республики, то  на сегодняшний день эти вопросы не стоят. У нас, конечно, проводится профилактическая работа в этом направлении, но ни одного случая среди школьников не зарегистрировано. У нас нет проблемы пьянства и курения. Это, конечно, достигается за счет деятельности педколлективов, активно действует и родительская общественность. И очень большое значение имеет в этом отношении введенный курс  истории религий. У нас с 5 по 11 классы включительно два часа в неделю в учебном плане есть такой предмет «История религий», где на основе сопоставлений, сравнения различных религиозных конфессий, учителя проводят работу  по духовно-нравственному воспитанию учащихся, сравнивая и показывая положительное в каждой из этих конфессий. И  в процессе обучения воспитательная работа в этом  отношении проводится. А так проблемы, конечно, как и в других школах, других территориях, есть. Одна из них -  перенасыщенность школ. Школы перегружены в три-четыре раза. У нас  40 процентов, даже 60 процентов школ, которые занимаются в три смены. У нас 70 процентов школ построены еще где-то семьдесят лет тому назад. Это все, конечно, тоже очень влияет на образовательный процесс. 

- У нас есть проблемы с дошкольным образованием, не хватает детсадов. У нас аккумулировались люди с двух соседних республик, в силу известных событий. В наших школах очень много детей из семей вынужденных переселенцев: из Осетии где-то свыше 2, 5 тысяч детей, около 4 тысяч детей из Чеченской Республики. Раньше для детей из Чечни были палаточные школы, а сейчас они ликвидированы, поскольку содержались за счет гуманитарных организаций. В основном, эти дети влились в наши общеобразовательные школы. Надо отдать должное гуманитарным организациям, в частности «Юнисеф», которые оказывают нам очень большую поддержку, снабжая наших школьников учебно-письменными принадлежностями,  мебелью. Недавно наших десять ребят отправили в международный детский дом Иваново, там у нас и сейчас учатся свыше 70-ти детей из семей, которые пострадали от наводнения в 2002-м году.  

 

Мурад Шишханов, координатор программы образования представительства «Юнисеф»:

 

- Спасибо за возможность выступить. Конечно, очень приятно слушать благодарные отзывы от наших партнеров в лице представителей Министерств образования Ингушской и Чеченской республик. Но я бы хотел  несколько вернуться к предмету нашего круглого стола, а именно к сотрудничеству, развитию гражданского общества. Я хотел бы отдать дань уважения тем общественным организациям, которые здесь находились и помогали людям в этой тяжелой ситуации. Вы знаете, что в начале второго конфликта в Чеченской Республике огромное количество людей, подростков были вынуждены находиться на территории республики Ингушетия. Это были огромные скопления людей, для которых изначально организовывались палаточные лагеря. Условия были самые тяжелые, и только слаженная работа государственных и общественных организаций, помогла справиться с ситуацией. И процесс образования прервался на самую малость. Вы знаете, учебный год начинался в сентябре, а конфликт был в конце года. Я считаю, нам удалось довольно успешно заполнить этот вакуум, и дети пошли хоть и в палаточную, но все же школу. 

Такие организации, как «Каритас», «Армия спасения», «Корпус милосердия», организация «Help», Международный комитет спасения, Датский совет, чешская организация «Человек в беде», World Vision, Саудовский «Красный полумесяц»– оказали большую помощь. Центр миротворческого и общественного развития, это была британская организация, которая сейчас перерегистрировалась, российский «Красный крест» работали в лагерях беженцев. Были организации, которые в самое трудное время оказались здесь, привлекли средства, привлекли финансы и сумели помочь этим детям. Местные организации, которые работали в этом секторе: «Веста», Чеченский совет по беженцам, «Дружба» (из Санкт-Петербурга приехала организация, которая в самое тяжелое время находилась здесь, в лагерях, помогала нам), «Беркат», «Открытый континент», «Серло», «Молодежный форум», «Генезис», хотелось бы упомянуть также  МЧС – они приняли на себя самую главную нагрузку. Что касается роли «Юнисеф» в образовательном секторе, так получилось, что по своему мандату мы отвечаем за образовательную деятельность в ситуациях, особенно постконфликтных. И поэтому организация «Юнисеф» взяла на себя координацию образовательного сектора и привлечение донорских денег. Мы использовали и свое имя, и мандат. То, что мы работаем с детьми и называемся «Детский фонд», помогло привлечь значительные средства. За это время мы организовали 58 палаточных школ на порядка 12-ти тысяч детей, которые смогли прийти и сесть за парты в этих школах. Основными нашими партнерами были Центр миротворчества и общественного развития, Чешская «Человек в беде», «Красный полумесяц». Было открыто пять детских садов для детей вынужденных переселенцев. Совместно с «Каритас» мы открыли детские сады и работали там. Одновременно пять детских садов, это последние данные, мы совместно с «Каритас» отремонтировали в Чеченской республике. В Грозном дети туда принимались самые неимущие. И затем эти детские сады, уже после того как мы их развивали, потом отдавали на баланс Министерства образования и Департамента образования г. Грозного. Что касается детских центров – нулевых классов, о которых уже упомянул Абдулла, эта идея у нас появилась в 2004 году. Конечно, все новое есть хорошо забытое старое. Я сам в свое время ходил в нулевой класс и  это очень помогало  в тех районах, где не было детских садов в общем понимании детского сада. Если ребенок, приходя в первый класс, не владеет русским языком, для него это очень тяжело и травматично, и он отстает практически от своих сверстников, которые посещали детский сад. Как-то мы приехали в Курчалойский район,  зашли в первый класс и услышали, как учительница вынуждена объяснять все на чеченском языке сначала, а потом пытается сделать так, чтобы дети какие-то русские слова выучили. Это тяжело. Дети осваивали программу  только  к третьей четверти, а должны были освоить ее уже в первой четверти. Мы посовещались и обратились к донорам. Я должен обязательно упомянуть Европейскую комиссию по гуманитарным вопросам. Они пошла нам навстречу, нам выделили деньги, и мы открыли десять пилотных центров. В основном, это были плоскостные районы Чечни. Там мы могли безболезненно начать этот проект. Результаты были просто ошеломляющие, потому что за три месяца занятий дети начали говорить по-русски, стали понимать, различать времена года, выучили алфавит, научились читать и считать. Прогресс был значительный. И даже, когда приезжал Министр образования и науки Российской Федерации господин Фурсенко, мы показывали ему эти центры, он был просто в восторге. Нам видится, что мы свою роль, как агентство, сыграли в том, что сейчас рассматривается закон, чтобы нулевые классы сейчас уже ввести в Закон об образовании РФ. Во всяком случае, я надеюсь, что в Чечне эта поправка будет внесена. Мы начинаем такую работу совместно с парламентом республики. Хотя фактически это уже состоялось, то есть такие классы есть, и мы их успешно передаем на баланс министерства образования. Я особо остановился на этом, потому что это была успешная и необходимая программа.  Параллельно мы участвовали в физической реабилитации.  Мы – это не только «Юнисеф», это гуманитарное сообщество таких организаций, как Датский Совет, «Каритас», «Человек в беде», Центр миротворчества и общественного развития. Совместно с местными организациями порядка 116-ти объектов образования (школы и детские сады) были подвергнуты физическому восстановлению. Восстановление одного крыла школы или замена полов, покраска, фактически ремонт, замена кровли, то есть все это помогло восстановлению системы образования Чеченской Республики. И, естественно, мы продолжаем работу в этом направлении. 

Вчера подписан был договор на реабилитацию школы в Шаройском районе. Это школа, которая разрушена практически. Мы понимаем, что проблема не просто в том, чтобы восстановить школу. Существует  проблема разделенных семей в тех населенных пунктах, где нет школы, то есть родители вынуждены своих детей отправлять либо в интернаты, либо на плоскости, к родственникам, интернатов мало. Все это плохо сказывается на общем развитии ребенка, когда он оторван от семьи, от родителей. То есть, сейчас мы акценты перенесли на горные районы в Халкилое, в Шарое. Будем помогать по возможности. Естественно, понимаем, что Правительство Чеченской Республики и министерство образования в полной мере уже, как нормально функционирующие органы, берут на себя большую часть этой работы. И думаю, как было сказано, в следующем году, если все планы реализуются, то мы уже в принципе останемся в этом секторе без работы. 

Еще одно направление мы считаем очень важным: переходим от системы, когда мы работали в условиях чрезвычайной ситуации на программу развития региона  и повышения профессиональной квалификации педагогов Чеченской Республики и республики Ингушетия. С Европейским союзом уже подписан большой контракт, это контракт подписывался через правительство Российской Федерации и непосредственно с Южным Федеральным Округом на переподготовку до трех тысяч педагогов в двух республиках. Эта работа будет проводиться как в самих республиках Институтами повышения квалификации, так и за пределами республик. То есть, мы уходим от формата работы в условиях чрезвычайной помощи и переходим к нормальной обычной программе развития, в том числе и переподготовке кадров. Естественно, параллельно мы даем и предоставляем и учебники, и канцтовары, и мебель, как было сказано, но мы считаем, что это  все же прерогатива государства. С каждым годом понимаем, что федеральный бюджет и местный бюджет дает все больше средств на такие статьи расходов, так что мы будем работать больше на техническое содействие министерствам образования республик. Мы не должны дублировать министерства образования, не должны дублировать органы власти, а постараться найти свою нишу именно там, где нас ждут. Там, куда министерство образования в силу определенных причин, не может полноценно добраться: будь то удаленный район, или будь то такая сфера, где необходимо участие именно общественных неправительственных организаций. Такие вот у нас приоритеты, как  у организации, у сектора.  

Мы подтверждаем, что дошкольный сектор еще остается средством приложения наших сил, потому что ситуация там далека от нормальной. Сегодня в Чеченской Республике 93 детских сада, когда порядка 80-ти  тысяч детей нуждается в образовании в дошкольных учреждениях. В Ингушетии та же самая ситуация. Поэтому различные формы работы с детьми дошкольного возраста приемлемы и общественные организации в этом могут нам помочь. Повышение квалификации учителей через различные семинары и участие в курсах повышения квалификации, методическая поддержка их – это тоже сфера приложения общественных организаций.  

Мы с министерством образования Чеченской Республики,  думаю, что и с министерством образования Республики Ингушетия в новом году начнем пилотный проект по инклюзивному образованию. Постараемся несколько школ взять как пилотные школы, оборудовать их соответствующим образом, работать с родителями и детьми с ограниченными возможностями и затем вернуть их в школу. Думаю, работы будет очень много, и общественные организации могли бы своим участием создать нормальный морально-психологический климат как в школах, так и среди родителей. Ведь не секрет, что наши родители в силу своей ментальности стесняются того, что их дети – инвалиды. Часто бывает, что ребенок где-то дома сидит, и не всегда родители хотят, чтобы он был среди своих сверстников. С этим тоже нам необходимо будет поработать. Вот такие вот сферы приложения я вижу для общественных организаций. Мы приглашаем всех, кто в состоянии и имеет желание работать в направлениях, которые я озвучил,  на  наши собрания. Они проходят раз в месяц, в коттедже № 44. 

 

 

Лиля Юсупова, руководитель региональной общественной организации «Созидание», ЧР:

 

- Я надеялась услышать более оптимистические высказывания от наших ингушских друзей, потому что в прессе прошла такая цифра, что за два года построено 12 новых школ, позавидовала белой завистью. Мы знаем, что у нас за 12 лет столько школ не построили. Я не в плане претензии, мы знаем, сколько сил и средств тратилось на эту войну и хотелось бы, чтобы столько же сил и средств, причем в усиленном режиме, тратилось на мирное восстановление. К сожалению, мы этого не видим. Если наша система образования сохранила себя, то только благодаря гражданскому подвигу наших педагогов. За что им большое спасибо. Я не случайный человек в системе образования - 23 года проработала в Гудермесском педагогическом училище.  

Наиболее актуальная проблема - нехватка школ, что ведет к перегрузке. Естественно, в классе, где 35-40 учащихся и 30 минут уроки, 5 минут – перерыв, говорить о должном образовании не приходится. Трехсменные занятия опять же. Нет у нас особого подхода к одаренным детям, может, в силу тех же причин у нас это и получается. Когда в школе есть несколько параллельных классов, можно было бы выделить один класс для наиболее способных детей. Это просто пожелание  как родителя и как общественницы, которая имеет отношение к этой теме. Тут же нужно было бы нам создавать классы педагогической поддержки. Это уже касается детей, которые отстают, мы их для отчетности тянем, хотя фактически они остаются на уровне начального образования  к моменту выхода из школы. 

Есть проблемы учебников, их у нас по общему количеству вполне достаточно, но стоит пройтись по школьным библиотекам, там валом лежат ненужные, неиспользуемые учебники. Можно было бы нам провести какой-то конкурс этих учебников, самим посмотреть, какие из них заслуживают внимания и какие востребованы.И только такие учебники закупать. И лучше было бы издавать эти учебники у себя в республике, мы тем самым поддержали бы и свою полиграфию, и сэкономили бы очень много средств на этом. Да, я забыла добавить о школьных библиотеках. Нам очень не хватаем художественной литературы. Я побывала в нескольких библиотеках. У нас были программы, связанные с обучением наших школьных библиотекарей, и вот в рамках этой программы мы провели мониторинг библиотек. Я не увидела абсолютно художественной литературы, ни на русском, ни на чеченском языках, к сожалению. Люди, которые вообще не говорят на русском языке, лишены возможности общения с книгой. 

Что касается ниши, которую мы могли бы заполнить. Мы, общественники, конечно, не будем, грубо говоря, лезть  в сферу образования,  что-то забирать у кого-то и так далее. Но мы могли бы и делаем многое в сфере внешкольного времени детей. Когда занятия заканчиваются,  педагоги не могут себе позволить провести внеклассное мероприятие в этой школе, потому что заняты кабинеты. И вот в этом могут помочь общественные организации. У нас очень большие новые, инновационные методы, тренинги по толерантности, по конфликтологии, по культуре речи. Нас учат западные специалисты, и уже большая группа тренеров по различным направлениям у нас обучена. 

Вы знаете, что за эти годы войны трансформировались многие понятия у наших детей. Они видели русского человека только с автоматом, и поэтому у них сформировались определенные ассоциации. Чтобы эти стереотипы уничтожить, с одной стороны, по отношению к нашим детям  и, с другой стороны, установки негативные у наших детей, нам очень нужны миротворческие проекты. И наши общественники много в этом направлении делают. Когда дети выезжают за пределы республики, общаются со своими сверстниками, это дает большой эффект. 

Есть программы по профилактике наркомании и различных инфекций, туберкулеза.  Мы знаем, что работники здравоохранения не всегда могут в полной мере реализовать эти программы. Общественники могли бы внести в это большую лепту. 

Я бы хотела чуть подробнее остановиться на последней нашей программе. Очень много работает общественных организаций, фондов, но все они скорее географически притянуты  к Ингушетии. И есть районы, которые мало охватываются программами. Вот только-только в прошлом и этом году начали охватываться плоскостные районы. Почему я говорю об этих районах, потому что здесь большое количество населения, мигрировавшего в силу беспредела военных на плоскость.  Мы уже три года занимаемся этой проблемой и столкнулись с тем, что дети с горных районов абсолютно не имеют образования. Это для нас было новостью. Они плохо одеты,  не владеют речью, они отстали по уровню образования…  Сначала эти дети ходят в школу, их никто не отталкивает, но когда они отстают от сверстников, то перестают посещать занятия.   Им выдают аттестаты или они их покупают. Но эти дети фактически в 18-20 лет не имеют даже начального образования. В 4—х селах мы  провели такой мониторинг и по 30 человек набрали таких детей. Это небольшие села - на стыке горной и равнинной частей. Чтобы как-то  исправить ситуацию, мы предложили проект по ускоренному обучению детей. За год мы намерены при помощи опытных учителей-ассистентов, дать им хотя бы элементарные навыки письма и чтения. У нас 20 тысяч детей погибло в годы войны, потерять еще и этих детей мы не можем себе позволить.  Эта программа не должна быть локальной, одиночным проектом. Это можно было бы взять на вооружение «Юнисеф», взять эту программу, может быть сначала как пилотные проекты и потом передать министерству образования. И министерство образования тоже должно обратить внимание на эту большую и очень актуальную проблему  нашей республики.

 

 

 

 

Магомет Паров, координатор программ Назрановской местной общественной организации «Беркат», РИ:

Очень отрадно, что здесь присутствуют сегодня представители некоммерческих организаций и органов власти.  Хотелось бы здесь отметить, что я,  например, сам в работе столкнулся с определенным отношением со стороны представителей власти. Я не говорю, что у всех такое отношение, но оно бытует. Когда общаешься с официальными лицами, замечаешь,  что у них сложился какой-то стереотип отношения к представителям общественных организаций как к временщикам. То есть, общественники воспринимаются не совсем серьезно, в министерстве думают, что они вскоре закроются, перестанут работать или в другое место перейдут. Но время показывает, что общественные организации – это неотъемлемая часть гражданского общества. Где-то на Западе, в Европе  они ужа давно заняли определенную нишу, с ними считаются, с ними советуются. У нас  молодое государство в определенном смысле, вся Россия претерпела катаклизмы, катастрофы и, наконец, встала на путь демократии,. И вот в этом контексте хотелось бы мне выразить пожелание, чтобы почаще происходили не только дискуссии, а конструктивные разговоры с представителями власти, чтобы легче было до них добраться. 

В этом отношении, пользуясь случаем, скажу, что к нашему министру образования в Ингушетии добраться очень трудно, практически невозможно. Должен сказать, что с Абдуллой Дадаевым, когда мне нужно, я связываюсь быстро, просто набираю по мобильнику, и он уже на проводе. Я не говорю, что чеченское министерство образования все вопросы решает, пожалуй - нет, но, по крайней мере, здесь нет барьеров. Мы все делаем одно общее дело.  Где-то общественные организации, может быть, действительно не опытны, но пора отойти от несколько высокомерного отношения к ним со стороны власти, а просто  помогая друг другу, делать одно общее дело. 

В Ингушетии, очень остро стоит вопрос детских садов, не менее остро, чем в Чеченской Республике. Однако мы не видим здесь никакого беспокойства, и никто особо в колокола не бьет, не обращается к общественным организациям. Может быть, кто-то может помочь, и я знаю, что были предложения, которые наталкивались на стену бюрократии. Вот если от этого нам отойти, то, думаю, поезд пошел бы гораздо быстрее в обеих республиках. Еще должен быть построен реальный механизм передачи на баланс, а не такой, когда пишут обязательства, да мы примем на баланс, а потом непонятно, куда делась мебель и вообще непонятно, где этот детский садик. Такие факты были. А в целом я бы хотел отметить, что наша организация реально работала в Чеченской Республике, и никогда не было такого, чтобы мы сталкивались с непониманием. В чем могли, нам помогали. 

 

Лайла Аюбова, региональное  молодежное общественное движение «Диалог», ЧР:

Действительно, у нас нет проблем с обращением к министру образования Чечни. После него мы больше контактируем с замами. Когда реализовывались национальные проекты образования, самое активное участие в них приняли наши местные общественные организации. Ни один чиновник не участвовал, не мешал в этой экспертной комиссии по всем районам Чеченской Республики. Взаимодействие пошло. У нас сейчас активно начала работу общественная организация «Стимул» - союз директоров и работников образования. Мы сначала хотели остановиться на том, что будет союз директоров школ, но еще на первом совещании у министра, он попросил добавить туда работников образования. В этой организации работают специалисты: директора, преподаватели из университета и другие специалисты. Если вдруг нам в каком-нибудь направлении нужна будет взаимная помощь, мы обменяемся контактными данными. И хотелось бы, чтобы в министерстве образования обратили внимание на наши межрегиональные программы по миротворчеству

 

 

Муса Мальсагов, Ингушское отделение Общероссийской общественной организации «Красный крест», председатель:

-  Никто не сказал из министерства образования Чеченской Республики, что там отделением «Красного креста» открыт досуговый центр, где есть компьютерный класс, класс французского языка, в общеобразовательных школах этот язык не изучается. Также подобные школы открыты и на территории Ингушетии. Игровые комнаты были в лагерях, они действовали с 2000-го года. Сегодня этих лагерей нет, есть так называемые места компактного проживания. Игровые комнаты действуют теперь там. Также досуговый центр  действует и в Ингушетии, куда ходят и дети вынужденных переселенцев. Я бы хотел подчеркнуть или скорее возразить по поводу закрытости министерства образования Республики Ингушетия. Мы с ним тесно сотрудничаем в ходе всех наших мероприятий и акций. Мы, единственное, не пытались выходить на самого министра. 

Нами проводятся занятия по распространению знаний о «Красном кресте» в общеобразовательных школах, и нам пошли навстречу, дали расписание занятий. В этом плане сотрудничаем. Также мы проводим занятия по обучению первой помощи, там есть программы и для детей, и для старших ребят. Мы работаем и с вузами, и со школами, и в этом направлении также сотрудничаем с министерством. Но есть одно пожелание. Не у всех детей есть возможность купить учебники. Буквально недавно наши дети пошли на свалку выбросить мусор и увидели там целые машины выгруженных учебников, там есть и старые, и новых целые упаковки. Это Назрановская городская свалка. Я просто не мог не сказать об этом. 

У нас действует досуговый центр, мы обращаемся в разные инстанции, но не находим средств, чтобы расширить библиотеку для детей, а на свалке лежат целые упаковки новых учебников, там есть и французский, и немецкий. Возможно, они устарели, но все равно, когда-нибудь же они пригодятся. Я прошу министерство образования  обратить на это внимание, там учебники со штампом учебного заведения, просто я не хочу сейчас его называть. Можно их привлечь к ответственности. 

 

Марьям Махцаева, Министерство образования ЧР:

 

-У нас все здания коррекционных интернатов были разрушены. Много проблем со специалистами, работающими с плохо слышащими, глухими, незрячими и слабовидящими детьми. Поэтому открыть филиалы в каких-то отдаленных районах мы не можем. Стараемся  создать условия для детей и их родителей в интернатах, которые сейчас работают в Грозном. Пока родители ждут детей, они могут и чай попить, и поесть. Аейчас у нас интернат с нарушением слуха восстанавливается с нуля, это здание, которое было занято с 95-го года военными и его только освободили, сейчас строится с фундамента, строится по новому проекту, с учетом и проживания, и физического развития, и оздоровления, и учетом всех компонентов, необходимых для таких детей. А интернат для детей с нарушением зрения практически восстановлен. 

 

 

Абдулла Дадаев:

Здесь говорили про библиотеки, отсутствие художественной литературы. В прошлом году в российском конкурсе первое место заняла библиотека Чеченской Республики. У нас нет денег, понимаете. Гуманитарные организации начали нам помогать художественной литературой. Поехал я в библиотеку, где лежит 25 ветхих заветов. Зачем организации это нам привезли, кто это будет читать? Привезут, выгрузят, вот якобы оказали гуманитарную помощь чеченским детям и учителям. И про  бюджет вы знаете. В прошлом году у нас какой бюджет был?! А в этом году  более 3, 5 миллиардов дополнительно пробили, значит и по линии образования ситуация улучшится. У меня просьба к организациям: прийти, посмотреть, что у нас делается и занять нишу, чтобы действительно была помощь. Если педагог искалечит ребенка, его никто не вылечит, вот в чем наша задача. И очень хочется отметить «Красный крест», я сразу сказал, что всех не помню. Я являюсь у международного «Красного креста» региональным представителем на Северном Кавказе. Вводим в Чеченской Республике предмет «Международное право ребенка». Спасибо каждому человеку, который начал какую-то работу в организации, я считаю, что он хочет работать с детьми и помогать им. Если вы ради детей работаете, а не ради министерства или ради министра, обращайтесь, мы открыты.

 

 

 

Мурад Шишханов:

Формально, образование - это прерогатива министерства образования. На то оно и создано, на то оно и финансируется из федерального и из местного бюджетов. Но вот вернемся к теме нашего сегодняшнего круглого стола: для чего нужны общественные организации и какова их роль в сфере образования. Общественная организация должна быть монитором, чтобы смотреть, где нарушаются права ребенка в сфере образования, где нетолерантное поведение педагога или с педагогом, где гендерные вопросы не на месте. Если мы сегодня возьмем наши учебники, откроем и посмотрим картинки, вы увидите, об этом везде говорят, что если девочка, то моет посуду, если мальчик, то он гоняет футбол, он отдыхает. Даже на уровне учебника все в сознание ребенка закладывается. Поэтому общественная организация должна критически смотреть на все. Приходить в министерство, приходить к экспертам, собирать круглые столы или какие-то советы и думать, как сделать так, чтобы учебник учитывал гендерные вопросы, чтобы физическое наказание в нашей среде не воспринималось как норма и так далее. Надо все эти вопросы высвечивать. Какой климат морально-психологический в школе, методы преподавания, как от них уйти? Не столько ходить и говорить: «Почему в этой школе 40 детей?». Это очевидно, почему так. А вот когда кто-то не в школе, а находится, извиняюсь, на заправке, нам же заливает бензин и получает от нас же пять рублей… Тогда нужно задуматься общественнику, а почему он не за партой. Вот в чем наша работа. Не надо подменять собой ни в коей мере образовательные официальные структуры.     

Нужно найти направление, высветить, посмотреть, как мы это вместе можем решить. Если этот пласт мы с вами сможем тронуть, значит, мы пришли в эту сферу не просто так. 

Есть сферы, в которых нам можно работать, а есть сферы, где нужно отдать это профессионалам и только чем-то помогать.

 

 

Муса Мальсагов:

- Я три года работал в Москве, курировал программы по психолого-правовой помощи, у нас была проблема – не было психологов. Приехал сюда, а здесь работает психолог с переводчиком, обучает других, и те уже идут работать. Это двойная нагрузка. Есть еще момент, когда организации переориентируются на то, что модно. Это не должно быть так, и в здесь мы можем работать. Хотел бы еще обратить ваше внимание на другую. В Чечне запретили игровые автоматы, и их перевезли в Ингушетию. Эту проблему пытаются решить в одиночку, но так ее не решишь. Нам нужно объединяться, садиться за круглый стол и заниматься именно такими проблемами. Призываю опять же объединиться. Я по своей деятельности не могу этим заниматься, но я могу помочь тем, кто может и хочет. 

 

 

Мадина Бекхаева, министерство по национальной политике Республики Ингушетия:

- Дело в том, что у нас есть общественный совет, который конкретно занимается этим вопросом. У нас в республике очень активно работают по этому вопросу, проводятся беседы, встречи с имами, сам муфтият имеет целый план  по этой части, в новостях Ингушетии очень часто транслируют эти проблемы. Наш президент достаточно осведомлен в этом плане и ведет активную работу. Я думаю, нам просто нужно правильно распределить свою деятельность. Просто если кто-то не разбирается, вы можете спокойно зайти и предложить идею, возглавить ее, помочь, подсказать. У нас есть миннац, который активно ведет эту работу. К тому же, мы сотрудничаем с министерствами образования и культуры.  Каждому нужно быть на своем месте хозяином. 

 

Лайла Аюбова:

Взаимодействие всегда помогает, а не мешает. Я бы хотела дополнить Абдуллу Дадаева. Такое хорошее предложение у него сейчас проскользнуло… Я хочу сейчас в присутствии вас сделать ему предложение провести круглый стол при нашем министерстве образования именно для работающих НПО.  Зарегистрировано НПО у нас 400 с лишним. Работают же на сегодня только 27 организаций. Я предлагаю провести круглый стол, который касается не только образовательных, но и миротворчески-образовательных программ, чтобы вы и мы друг друга знали. Знали, кто чем занимается. Знали, кто из местных экспертов работает среди учителей, психологов, вузов. Совместно выявим, кто работает по разным направлениям. К тому же, у местных организаций есть идеи и проекты для реализации. 

 

 

Лилия Юсупова:

- Я поддерживаю эту идею, уже давно хотела ее предложить. Может быть, это будет круглый стол, может быть приглашение на заседание вашей коллегии, просто, чтобы мы знали, кто чем занят и как мы можем помочь друг другу. 

 

Абдулла Дадаев:

 

- Возьмите на себя организацию, я не имею ввиду финансово. Вы не будьте критиками, будьте мониторами, приходите, говорите.

 

Михаил Салник, «Каритас»:

 

-Я бы с вашего позволения хотел вернуться к одному конкретному вопросу или предложению точнее. Одно из направлений «Каритаса» – это дошкольное и начальное образование. Мы стараемся работать с детьми, которые по каким-либо причинам отстали в своем развитии, это может бить инвалидность, это может быть травма, это могут быть проблемы в семье. Мы считаем, что когда ребенок приходит в школу, с интеграцией ему гораздо сложнее справиться.  Поэтому  с самого начала работы здесь, на Кавказе, мы сосредоточились на работе с дошкольными детьми. Мы очень рады, что это приоритет не только наш, но что это приоритет и государственной власти и уже приоритет многих местных общественных организаций. В наших каритасовских садиках на сегодняшний день где-то 1360 детей в Чечне и 590 в Ингушетии. В Чечне из этих 1360-ти  1200 находятся или в школах или при школах. Естественно, мы очень тесно сотрудничаем и с министерством, и с директорами школ, и с учителями начальных классов, и на этот момент мы как-то стараемся совместно с министерством развивать связь между дошкольным учреждением и школой.  

Считаем также, что это очень важно с точки зрения финансирования. Федеральный закон позволяет финансирование для тех дополнительных учреждений, которые интегрированы со школами. В Ингушетии пока наши садики не находятся в школах или при школах, потому что находятся во временных помещениях, и со следующего года у нас не будет финансирования. Я это говорю открыто. В этих садиках где-то половина детей ингушских, половина беженцев. Где-то 300 детей местных жителей. Мы будем искать возможности, мы заинтересованы в том, чтобы эти места и в Чечне, и Ингушетии остались. Вместе с Абдуллой Дадаевым мы выезжали в Кабардино-Балкарскую республику, где нам показали, как они разработали систему интегрирования. После этого мы встречались с чеченским министром образования. Министр сказал: «Вперед!». В Чечне мы  с этим как-то продвинулись. И в Ингушетии для нас этот вопрос тоже очень важен. Предлагаю в будущем поговорить и на эту тему. Какие правовые документы надо создать, какие документы созданы в Чечне по этому направлению? Может быть, это и для Ингушетии было бы интересно.

 

 

Наталия Крыгина:

- Спасибо вам за то, что вы нашли время и приняли участие на круглом столе. Я надеюсь, что состоятся совместные проекты в сфере образования и они будут скоординированы с министерствами образования. 

 

 

                     

        

 

           

 

Будьте в курсе событий и новостей ЧРОО "Созидание".
Подпишитесь на новости